Там, где есть изобретение, должен появиться патент

Прочитав вот эту заметку, первое, о чем подумалось: отсутствие в России коммерциализации изобретений, которое якобы у нас существует, не связано с патентованием. Равно как и отсутствие патентов не является причиной того, что «блестящая российская наука» сидит в тени в России. Обе проблемы являются братьями (сестрами)  по несчастью, поскольку порождены одними и теми же причинами.

Как и в науке, довольно высокая культура патентной работы существовала в России со времен СССР. Позже она была перенесена в Российскую Федерацию и даже долго держалась в постсоветское время. Сейчас российское патентное право оправляется от последствий смены курса страны. Медленно и болезненно растет число отраслей науки и техники, где российские патенты российских компаний становятся востребованными. Информационные технологии – одна из них. Но глобализация ИТ накладывает свой отпечаток: компании спешат защитить свои интересы через патенты, в первую очередь, на гораздо более конкурентных рынках, чем российский. Движение по «воскрешению» патентной системы в России в ИТ идет от противного: патент получается не сначала здесь, как на родном для компании рынке, а потом на западе. Нет, сначала там, а уже потом когда-нибудь в России.

У Mail.ru и «Яндекса» так мало патентов  потому, что 15 лет назад никто об этом не думал – то, что работало, перестало работать, а защищаться приходилось от других более актуальных напастей. Эти компании только последние несколько лет обозначили свои интересы к западным рынкам. Вообще российские компании, которые изначально не планировали выходить на международный рынок, узнают о том, что патенты стоят настоящих денег, только когда начинают производить первоначальную оценку капитала. Причем узнают об этом от зарубежных аудиторов. Вторая волна прозрения часто накрывает, когда выясняется, что судорожно полученные патенты оформлены неверно, ничего не защищают и ничего не стоят.  Те игроки, чей основной рынок сбыта 10-15 лет назад приходился на американские или европейские страны, подобные вопросы для себя давно решили. Поэтому, например, Parallels, ABBYY, “Касперский”, имеют существенно более обширный портфель патентов. У нас больше 120 и примерно 50 ожидают одобрений в американском патентном ведомстве.

Что нужно сейчас? Нужно понять потребность российского рынка в патентных специалистах, которых, на сегодня, в России единицы, понять смысл патентования, начать работать.

  • Смысл патентования в том, что хороший изобретатель должен иметь возможность получать доход от своей изобретательской активности. Чтобы защищать источник этого дохода сейчас и в будущем нужно получить патент. Точка. Есть изобретения и изобретатели – должны быть патенты. Механизмы получения выгоды от патентов зависят от отрасли науки и техники, обычаев делового оборота, сноровки руководителей. Получение хорошего патента – это всегда выгодное вложение капитала, особенно, если ты завтра планируешь открыть высокотехнологичную зарубежную дочку.
  • Начинать работы по патентной защите  инноваций нужно одновременно со стартом бизнеса. Нашлись изобретатели, появились изобретения – должны быть заявки. После начала открытого использования изобретение не может быть запатентовано. Незапатентованными изобретениями пятнадцатилетней давности можно гордиться. Можно применять их на практике. Но получить от них доход в полном размере не получится.
  • Искать патентных специалистов, сегодня, нужно там, где работает патентное право, и наука вышла из тени. Если речь идет об IT, то это США. Параллельно можно готовить своих специалистов, а зарубежный опыт позволит научиться получать качественные патенты.
  • Не нужно получать патенты ради галочки: они должны быть правильно оформлены и относиться к настоящему, а не фиктивному изобретению.

Если понять эти простые вещи, может быть дело дойдет не только до запатентованных инноваций, но и коммерческой применимости этих инноваций. Главное понять одну простую вещь: там, где есть изобретение, должен появиться патент.

14 комментариев | Комментировать